Мы, 2 зека из Татарстана, рады приветствовать весь порядочный, и не очень, люд. Не обессудьте что долго отсутствовали и не чем новым Вас не радовали. Навещая строкой, хотим рассказать вам немного об одной тенденции, которая свойственна людям. А именно о лицемерии, которое встречается сплошь и рядом в среде осужденных. На эту мысль натолкнул нас один из посетителей нашего блога, который, видимо, не понаслышке знает о лагере. Если базарить по сути, то мы хотим еще раз рассказать об УДО (Условно Досрочном Освобождение). В одной из прошлых статей мы отписывали немного за это. Сегодня мы хотим подробнее описать отношение зеков к этой волшебной возможности уйти пораньше домой. Для того, чтобы читателям было более понятно, окунемся немного в историю. Во времена сталинских лагерей и позже обстановка для зеков была, мягко говоря, не очень. А если говорить точнее, то была полная жопа. Если сейчас количество заключенных под стражу и отбывающих наказание около миллиона человек в России, то раньше эта цифра достигала пяти миллионов. В лагерях не сидели. В лагерях жили. Человек мог попасть на три года, а освободиться через десять. Короче, срок был резиновый и об условно досрочном освобождении думать не приходилось. Если кто таким путем и уходил, так это конченые суки. Естественно, любой человек стремиться к свободе. Но в те времена все было очень строго. За любой въезд можно поплатиться головой и, уход по УДО говорил о содействии зека администрации. А вот сейчас официально по закону можно свалить, и мало кто брезгует такой возможностью. Среди общественников это считается нормой. За УДО готовы на многое, но все равно приходится платить. Более умные сотрудники не плохо живут за счет этого. Но есть категория осужденных, которые придерживаясь старого жизненного уклада, так и страдают до конца. Это, типа отрицалы. Среди них есть действительно фанатики жизненных взглядов, а есть и те, которых просто не отпускают по каким-то причинам. Молодому зеку с первых дней отсидки прививается мнение, что УДО это западло. По жизни не канает. Нахватавшись верхушек жизненных понятий в тюрьме, эти мальцы начинают переть по жизни. То есть пропитавшись блатной романтикой, начинают считать себя серьезными авторитетами. Если признаться, то мы оба были подвержены этому синдрому. В тюрьме блатовать можно. Но вот жизнь в лагере – это совсем другое. По приезду, начинаются суровые будни (карантин). Если кто и прошел через перипетии первых трудностей, то потом начинает понимать, что тюрьма это не его. Некоторые умудряются вести жизнь блатного, а когда подходит срок, то валят домой по УДО. Есть случаи, когда смотрящие за подъездом выпрыгивали из окошек и бежали до надзор службы для освобождения. Раньше, если узнавали, что какой-нибудь блатной навострил лыжи, то находилось много народу, желающих предъявить претензии в виде ударов по хитрой роже. Ведь в основном блатные на всех сходняках говорят о том, что УДО впадло. Тем не менее смотрящие за лагерями, иногда сваливали таким образом. И уже другой авторитет говорил о мерзости УДО. Но если заранее узнавали об этом, то возникали качели, типа как это так. Но опять же это вопрос силы и связей. Сейчас сидят в основном пырики, а среди них мало кто отважиться начать базар, например, против освобождающегося по УДО члена ОПГ. Если вы думаете, что все так строго и благородно, то вы ошибаетесь. Среди красных есть такие, которые не позволят себе подлости, на которую пойдет псевдо порядочный. В нынешней зоне сидеть не хотят даже зеки старой закалки. Это не из-за того, что приходиться много страдать. А из-за того, что не видят смысла. Сейчас в зонах налицо товарно денежные отношения. Человеческие качество ценятся не очень высоко. В условиях, когда можно продать и купить, все больше народу предпочитает покупать свободу и валить с этого бедлама. А сидеть остаются те, у кого нет возможности заплатить. В заключении хотелось бы сказать, что достойны настоящего мужского уважения те, кто сидит до звонка по убеждениям, а не по обстоятельствам. Хотя практически любой алкаш, просидевший до конца (именно до конца, а не до звонка) будет утверждать, что он живет по жизни.
Популярность: 18%
