Карантин в зоне. (1 часть)

Карантин это первое с чем знакомится зек по приезду в лагерь. Он является порогом тюремного дома как в следственном изоляторе, так и в зоне. По приезду новый этап размещается в расположении отряда карантин. Официально там происходит адаптация зеков к лагерным условиям. Время нахождения в карантине обычно не более 2-х, 3-х недель. За это время новичков стригут, моют, выдают робу, берут анализы, подвергают психологическим тестам, знакомят с особенностями зоны. Но это все происходит по документам, а вот как бывает в реальности…

Что-то неладное я заподозрил еще в воронке, когда один из конвоиров сказал, что мы не удачно попали и что нам пиздец. Мы – это я и еще четверо полухренпойми кого. Я знал, туда, куда нас везут, боялись в то время попасть все осужденные. У страха глаза велики, поэтому ходили жуткие легенды о том, как встречают в этой зоне и что там ломают даже бродяг. Все знают – хуже нет, чем ждать. И ждать долго не пришлось. Не успел я еще приземлиться с воронка, как на меня посыпался град ударов. Дальше бегом, бегом с помощью пинков и дубиналов нас сопроводили до помещения, которое и было карантином. Я чувствовал животный страх, исходивший от моих товарищей по несчастью, да и от себя тоже. Одному из нас повезло больше – он оказался возвратчиком с БДО (больница для осужденных), о чем незамедлительно сообщил сотруднику. Его сразу увели в лагерь. У стены с раздвинутыми руками и ногами остались мы вчетвером. За нами ходил сотрудник администрации с палкой и бил по ногам, раздвигая их шире, но и про поясницу и спину тоже не забывал. Прозвучал вопрос о том, есть ли красные. Двое сказали «да». Их увели в какой-то кабинет, а потом из этого кабинета подняли на верх. Остались мы вдвоем. Напряжение все увеличивалось и увеличивалось. Прозвучал вопрос «обиженные есть?». И еще один ушел в кабинет, а после поднялся на верх. Остался я один и понял, что мне действительно пришел пиздец. Мусор то ли спросил, то ли сказал «а ты, стало быть блатной». На тот момент я сам не знал, кто я, поэтому счел за благо промолчать. Меня с помощью дубинок сопроводили в тот же кабинет, что до этого и остальных. В кабинете было три сотрудника колонии. Меня посадили на стул. Один, самый главный, сидел за столом напротив меня, второй стал сбоку, а третий остался стоять у двери. Мне начали задавать вопросы о том, чем хочу заниматься в зоне и как хочу жить. Я ответил, что жить хочу хорошо и планирую выйти на работу. Главный обрадовался и протянул мне листок бумаги, который был заявлением в СДП, сказав, что я буду работать сдпешником. Не буду вдаваться в подробности, но подписывать такую бумагу считается впадло. Я отодвинул листок от себя и сказал, что подписывать ничего не буду. Тогда главный несколько раз ударил меня по башке и пододвинул листок. Я опять отодвинул его. Короче так было несколько раз. Главный уже не пододвигал листок, а просто бил. Потом к нему подключились остальные. Сначала били руками, потом начали ебашить ногами. Останавливались, спрашивали, снова начинали. Так было часа 3-4. Потом принесли какую-то урну с водой на дне. Я подумал, что это чья то моча. Когда меня потащили к ней, то я изловчился и опрокинул ее ногой. За это меня запинывали еще полчаса. Потом сотрудники куда-то ушли. И в кабинет зашли двое в черных костюмах и чепуриках (кепках). На левом рукаве у обоих были косяки. Я подумал, что начнется вторая серия, только уже с участием красных. Но зекам хоть можно дать оборотку, поэтому я внутренне напрягся. Для читателей скажу, если в зоне лютуют менты – одно дело, но если красные – значит дела вообще плохи. Позже выяснилось, что напрягся я зря. Пришедшие оказались старшина карантина и его товарищ. Старшину звали Генок. Он рассказал мне немного о лагере. Что в карантине бьют из-за того, что в лагере всем по хуй. Вся братва колется и пьет. Сам Генок – бывший блатной, которому все надоело и он ушел к красным. Я по своей наивности подумал, что он ездит мне по ушам и хочет склонить меня стать «шерстяным». Но ничего такого не было. Предупредив, что ночью опять могут прийти сотрудники, Генок вышел. Второй почему то остался. Посмотрев на него повнимательнее, я не поверил своим глазам. Это оказался мой товарищ с тюрьмы, Колян. Мы обнялись, даже чуть не заплакали. Со следственного изолятора он уехал раньше меня на пол года. После этого я ничего о нем не слышал. Оказывается Колян заплыл в эту чудную гавань около 3-х месяцев назад. Он рассказал мне, что я легко отделался и показал свою спину. Она была в желтых пятнах. Короче, его  долбили до талого и он переобулся. Проговорили мы где-то час. Хотя я очень расстроился за Коляна, ведь я считал его сильным человеком, но все равно был рад встрече с ним. Колян сказал, что скорее всего бить больше не будут, а если и будут, то только сегодня. После этого он проводил меня до душа и сказал, что ночью зайдет, а пока не может больше разговаривать, а то сдадут. В душе мандраж  меня немного отпустил. Меня никто не торопил, поэтому кайфовал я пол часа. Все тело ныло. Спина и ноги были в синяках.
После душа меня проводили в самую дальнюю по коридору комнату. Там оказалось еще три человека. Это были те, кто пропер прошлые этапы…
Вот, что примерно творится в карантине на самом деле. Но это еще ничего. Вот, что в это время творилось в другом лагере…
Читайте в продолжение завтра.

Популярность: 36%